Маленькая дверь в большой космос
В Музейно-выставочном центре Боровска прошёл вечер памяти художника-космиста Владимира ГУРЬЕВА – человека, на практике реализовывавшего идеи ФЁДОРОВА. В этом году ему исполнилось бы 80 лет
В зале собрались друзья, коллеги, краеведы и те, кому дорого его творчество. Здесь же развернулась выставка работ мастера – его внутренний мир, его космос, его отношение к людям, встречавшимся на его таком коротком, но насыщенном жизненном пути.
Владимир ГУРЬЕВ окончил художественно-графический факультет Московского государственного педагогического института, после чего работал преподавателем сначала в Сызрани, затем в Москве. В 80-х годах родители купили небольшой домик в Боровске. Когда-то здесь жили его дедушка и бабушка, тут он бывал ещё в раннем детстве, и именно Боровск стал для него родным.
ГУРЬЕВ оставил огромное наследие – почти 3000 работ: пейзажная живопись, философские произведения, портреты людей искусства, литературы, науки, общественно-политической жизни, родственников и друзей. Под влиянием идей ФЁДОРОВА, ЦИОЛКОВСКОГО и ВЕРНАДСКОГО главной темой его творчества стала рефлексия о человеке и космосе.
Ключ в поэзии
Первым на вечере своими воспоминаниями поделился художник Вячеслав ЧЕРНИКОВ. Он отметил, что часто приходится слышать слова о том, что герой мероприятия «метался», не мог найти свою тему и технику.
«Я думаю, что большинство работ Владимира Евгеньевича не было закончено – он бросал на полпути и бежал дальше. К годовщине смерти ГУРЬЕВА мы хотели выпустить альбом, но тогда было непонятно, как подойти к этому изданию; прошло ещё десять лет, затем ещё. И вот только недавно, более внимательно прочтя его труды, мне стало понятно: без освоения его поэзии осознать его изобразительное творчество практически невозможно», – подчеркнул художник.
Он обратил внимание на несколько работ, представленных на выставке, которые считает вершиной творчества ГУРЬЕВА – «Первый вопрос будущего» и триптих «Птица с белым и чёрным крылом». По словам ЧЕРНИКОВА, в отличие от многих художников, трудящихся над космической темой, Владимир Евгеньевич был «полнейшим практиком»: для него, если где-то проходит выставка, а в это время разрушается храм или уничтожается природа, значит, выставка проходит зря. Он восстанавливал кровлю Спаса на взгорье, занимался устройством музея-квартиры Циолковского, организовывал первые Фёдоровские чтения, которые могли не состояться, если бы не его воля. А ещё он утверждал, что не просто надо писать дома – надо знать их историю, надо понимать дух этого места.
Очень трогательным получилось выступление Аркадия СМИРНОВА. Он рассказал, что имел честь познакомиться с ГУРЬЕВЫМ в 1993 году: музыканты играли на открытии его персональной выставки в том же зале МВЦ, в котором проходил вечер памяти. После официальной части Владимир Евгеньевич подошёл и спросил, не смогут ли они сыграть две мелодии. «Мы не были готовы к этому. Но я его заверил, что к следующему открытию выставки они обязательно прозвучат. Он оказался очень доволен. А человек он был искренний. Наступил июнь 93-го – и пришло известие, что Владимир ГУРЬЕВ умер. Ну а я хочу сыграть как раз то, что пообещал ему тогда», – сказал музыкант и исполнил те самые композиции, заказанные более тридцати лет назад.
Интеллигентен во всём
Слово было предоставлено поэту и художнику Николаю МИЛОВУ, человеку из одной творческой плеяды с Владимиром ГУРЬЕВЫМ. Николай Сергеевич с юмором вспомнил, как космист нашёл их, начинающих авторов, и пригласил в свою студию: «Ребят, приезжайте, посмотрите моё рабочее место. Главное - делайте вид, что вы художники знаменитые, надо произвести впечатление на комиссию». Он рассказал, как Владимир Евгеньевич творил, водя кистью над большими полотнами, как учил «отсекать лишнее» и сосредотачиваться на главном.
«Он был интеллигентен во всём. Его жест, тонкость, изящество – только СМОКТУНОВСКИЙ смог бы передать, – отметил Николай МИЛОВ. – Он был из людей очень мягких, ранимых и, по-моему, глубоко одинок внутри себя. Потому что тот, кто заглянул однажды в бездну космоса и услышал голос оттуда, будет всегда жить с этим чувством».
Бывший редактор газеты «Боровские известия» Людмила АНИКИНА напомнила о корнях художника: здесь, на улице Энгельса, стоял дом, где жили его дедушка и бабушка. Поэтому он ещё в раннем детстве полюбил Боровск и очень многое сделал для него. Она рассказала о первых Фёдоровских чтениях, которые были «чистой империей Володи». Когда он впервые пришёл в редакцию и сообщил о задумке, она не поверила – как это возможно с учётом отношения прежнего руководства к идеям космизма?
«И, тем не менее, зал в Доме культуры был полон. Приезжали космонавт СЕВАСТЬЯНОВ, специалист по ФЁДОРОВУ Светлана СЕМЁНОВА. Интереснейшие доклады», – вспомнила АНИКИНА.
Она назвала Гурьева образцом русского интеллигента: «Как художник, как творец, он создавал свой мир – и задумывался о том, как соотносится тот с космосом. Поэтому, наверное, в этом его интерес к идеям ФЁДОРОВА, ЦИОЛКОВСКОГО, ЧИЖЕВСКОГО». Она посетовала, что такой талантливый, разносторонне увлечённый человек, умевший претворять свои идеи в жизнь, умер так рано. «Мне кажется, что просто Господь забрал его к себе в эту вселенную, которую он писал, в тот космос, про который он думал и мыслил. Он, наверное, тоже там и думает о нас и о России», – сказала Людмила Николаевна.
Продолжение жизни
Вечер продолжился музыкой и стихами – так, как и жил этот человек, соединявший живопись, поэзию, философию и космос. Лично помнивших Владимира Гурьева людей осталось не так много, и с каждым годом их становится меньше. Но его идеи, его картины и его слова продолжают жить – особенно в том городе, который он так любил. Боровск помнит своего художника, и эта память – самая мощная сила и дух космизма, тех идей, которыми вслед за ФЁДОРОВЫМ жил Владимир ГУРЬЕВ.
Александр САМСОНОВ
Последние новости
Полезные ссылки
